Случайно сегодня самый короткий день в году. Это примерно на 8 часов меньше, чем самый длинный день, 21 июня, когда света гораздо больше. Сегодня, 21 декабря, к счастью, наступает поворотный момент, и с этого дня каждый день будет немного больше света и солнца.
Но «кровавые дни», вынесенные в заголовок этой статьи, не имеют никакого отношения к сегодняшнему дню, который я упоминаю лишь по текущему поводу. С июля я не был очень активен в блоге. Причина — те самые «кровавые дни», как я их называю, которые настигли меня почти как гром среди ясного неба примерно 4 июля.
Я должен кое-что объяснить о себе, чтобы это, возможно, было понятнее. За почти 50 лет жизни я всё больше привыкал к депрессии и «хандре». Но это событие, эти «кровавые дни», вывело меня на новый уровень.
Я вообще не чувствовал себя подавленным и гордился тем, что без лекарств довольно хорошо справлялся со своим «чёрным псом». Но жизнь преподала мне урок.
Два-три сильных удара судьбы, и, сам того не осознавая, я достиг предела выносливости. Моя энергия была на исходе.
Как понять, что энергия на исходе? Возможно, вы зададитесь этим вопросом. Я с удовольствием напишу, как это происходит у меня. Медленно и незаметно, в течение длительного времени, накапливается всё больше и больше плохих чувств. В какой-то момент утром становится так плохо, что совсем не хочется вставать. Следующий шаг: снова появляются суицидальные мысли, и спираль вниз продолжается шаг за шагом, пока не будет достигнута черта — и тут могут начаться «кровавые дни» или что-то ещё хуже.
Что ж, мои «кровавые дни» были достаточно ужасны, и я больше не хочу мучить вас, читателей: что же произошло?
Я получил ужасную новость. Но это очень субъективно и зависит от того, сколько энергии у тебя ещё есть, насколько сильно эта новость давит. Но когда она пришла, я выключил телефон и сказал: «Хватит, я больше не хочу, мне достаточно, и я покончу с этим».
Я начал планировать, как лучше всего перерезать себе вены, чтобы истечь кровью и таким образом просто оставить этот невероятно тяжёлый, злой мир позади и вернуться в свой истинный дом. В своём детском представлении я думал, что после небольшой потери крови я медленно угасну, покину своё тело и смогу вернуться домой.
Затем я поехал в магазин и купил хороший нож, почти как скальпель, в строительном магазине. Вернувшись в свой гараж, я припарковал машину задним ходом, прочитал ещё одну молитву «Отче наш», извинился перед Богом за то, что не могу завершить задачу жизни, и затем приступил к делу.
Это была не первая моя попытка самоубийства. Поэтому я уже достаточно знал, что нельзя резать поперёк и просто так. Так поступают скорее, если находятся в состоянии алкогольного опьянения или пытаются это в первый раз и не совсем понимают анатомию рук.
Поэтому я целенаправленно начал вырезать отверстие над пульсирующей веной, где иногда виден пульс, чтобы вызвать сильное кровотечение.
Я очень осторожно углублялся всё глубже и глубже и сумел точно попасть в главную артерию на руке. Кровь не брызгала, как это можно представить по фильмам, но начала очень хорошо течь.
Я был по-настоящему доволен. Я думал, что мой план сработает, и если бы вытекло достаточно крови, я смог бы покинуть своё тело и исчезнуть в направлении дома.
Однако в этот момент моё детское, ложное представление разошлось с реальностью, и всё получилось, во-первых, иначе, а во-вторых, не так, как я думал.
Я несколько раз терял сознание и приходил в себя. Тело не создано для самоубийства. Оно делает всё, чтобы спасти жизнь, даже если ты сам стремишься к обратному. Артерия начала сокращаться, и кровотечение остановилось само по себе.
Я оказался в тупике: слишком мало крови потеряно, чтобы умереть, но слишком много, чтобы просто продолжать жить. Наступило страдание, и я не мог ни вперёд, ни назад.
Я поставил себя в худшее положение, в котором когда-либо был, и должен был принять решение: долго страдать — не зная, как долго — или немедленно искать помощи, чтобы выбраться из этой ужасной ситуации.
Я сидел на водительском сиденье своей машины в гараже с закрытой дверью и думал, что меня никто не потревожит. Но затем я последними силами открыл автоматическую дверь гаража, завёл машину и поехал на стоянку к врачу, который мог бы мне помочь.
Я доехал до парковки. Но когда я вышел, чтобы пройти десять метров до кабинета, я без сил рухнул и лежал на земле. Довольно быстро меня заметил кто-то, кто немедленно вызвал скорую помощь.
Я не был без сознания, но едва мог двигаться. Меня погрузили в машину скорой помощи, а вскоре на вертолёте доставили в больницу.
Кровотечение к тому времени уже остановилось. Но, приняв решение искать помощи, я был хоть и обессилен, но в полном сознании.
Прибыв в больницу, мне, конечно, пришлось 15 раз всё рассказывать. После этого меня прооперировали, и мне сказали, что, хотя кровотечение остановилось, всё необходимо правильно сшить.
Я помню, как после операции врач сказал мне, что всё прошло хорошо. Я поблагодарил его и сказал: «Думаю, моя рука, вероятно, моя наименьшая проблема». Проблемы, особенно тяжёлую депрессию, нельзя ни отрезать ножом, ни решить сильными лекарствами.
Затем меня спросили, что я себе представляю. Поскольку в семье меня знали как человека, борющегося с депрессией и наследственными предрасположенностями, я до сих пор никогда не проходил психотерапию. Помощь, которую я получал до сих пор, ограничивалась упаковкой антидепрессантов — и всё. Я сказал людям в больнице, что это был предел, и мне действительно нужна помощь специалистов.
Любезно, в тот же день они нашли мне место в закрытой психиатрической клинике, и меня отвезли туда на скорой помощи, не зная, что меня там ждёт.
Так, в возрасте чуть за 50, я оказался там, где снимался фильм «Пролетая над гнездом кукушки». На самом деле, я провёл неделю в закрытом отделении и неделю в открытом, но часто мне казалось, что всё происходит точно как в этом фильме. Однако люди, которых я спрашивал, не знали этого знаменитого фильма. Вероятно, мой сарказм был немного чрезмерным — но чувство юмора я не потерял.
В первых беседах довольно быстро выяснилось, что специалисты прежде всего хотели знать, собираюсь ли я ещё что-нибудь с собой сделать и что я планирую. Я смог чётко заявить, что тема самоубийства для меня больше не актуальна. Эти «кровавые дни» стали для меня большим уроком и в некоторой степени привели меня к выздоровлению в отношении самоубийства. Но депрессия оставалась, и я смог договориться с врачом о медикаментозной терапии, на которую я затем согласился.
Инстинктивно я поступил правильно. У меня были сильные страхи, и я на самом деле не знал, как жить дальше, но я послушно следовал всем указаниям и принимал всё, что мне давали. К счастью, я знаю антидепрессант, который мне помогает, но я также знал, что нужно терпение и что он начнёт действовать только через две недели. Мне также хотели дать транквилизаторы. Но я был достаточно умён, хотя почти ежедневно был на грани, чтобы не принимать такие сильные лекарства. Я осознаю, что именно они могут вызывать зависимость, и тогда от депрессии можно быстро перейти к зависимости. Моё желание не принимать успокоительные таблетки было принято, и теперь оставалось ждать и надеяться, что антидепрессанты смогут проявить своё действие.
Я уже несколько раз переживал это, и всё равно есть страх, что это не сработает. Я попал туда добровольно. Если человек, возможно, агрессивен или полностью вышел из-под контроля, ему приходится принимать сильные препараты, пока он не успокоится или не станет зависимым. От этой зависимости потом придётся избавляться на терапии. Но тогда стационарное пребывание длится не две недели, как у меня, а многие недели или даже месяцы. Иногда пострадавшие не могут выбраться из зависимости и проблем.
К счастью, у меня был Бог. И хотя я вёл себя очень неправильно, я чувствовал, что Он рядом, и мне не стоит слишком сильно беспокоиться. Я и раньше молился и всегда был в контакте с Ним через веру. Но эта болезнь, как я теперь знаю, сильна и требует помощи извне.
Если я что-то и усвоил в самые тяжёлые периоды и в своей жизни с Богом, так это то, что антидепрессанты были созданы людьми, чтобы очень сильно помогать таким, как я.
Благодарный за это, я поставил себе задачу никогда больше не прекращать приём этого лекарства.
Это была самая большая ошибка в моей жизни. При этом мне никогда не давали хороших советов. Впоследствии я ясно помню, как однажды зашёл в церковь и попросил Бога о помощи. Это было много лет назад, и я тогда ещё подумал: «Надеюсь, сейчас что-то произойдёт». Но я вышел из этой церкви разочарованным.
Три месяца спустя я осознал, что после того случая я принял решение обратиться к врачу и получить помощь.
Тогда я впервые столкнулся с антидепрессантами и, по сути, должен был продолжать их принимать. Но всегда одна и та же история: мне становилось относительно быстро лучше, и в какой-то момент я чувствовал, что больше не нуждаюсь в этих лекарствах. Через несколько месяцев всё начиналось сначала: снова глубоко в подвал, полный страха и беспокойства, а затем ожидание, пока лекарства подействуют. Я думаю, до моих кровавых дней это повторялось три или четыре раза.
Это событие, каким бы плохим и неправильным оно ни было, наконец-то принесло мне то, что я должен был усвоить. Если у кого-то диабет 1 типа, никто не обсуждает, нужно ли колоть инсулин или нет. Либо ты его принимаешь, либо умираешь от гипергликемии. При диабете это происходит очень быстро, поэтому ты сразу это замечаешь и должен реагировать, если хочешь жить дальше. С моим видом депрессии это, по сути, то же самое, только происходит незаметно и гораздо медленнее, но в конечном итоге с тем же результатом.
Сколько людей теряют так свою жизнь, не осознавая, что это коварная болезнь.
Интуитивно, когда произошли эти кровавые дни, внутри что-то говорило мне: «Так и должно быть».
Это трудно понять, но у меня действительно было такое ощущение. Сегодня я также знаю, что раньше не хотел учиться, насколько важны антидепрессанты. Поэтому мне пришлось учиться на горьком опыте.
Тот, кто думает, что нужно всю жизнь быть под кайфом, ошибается. Мне достаточно минимальной дозы действующего вещества, и я стабилен и далёк от этой болезни.
Сегодня я считаю важным говорить людям, что антидепрессанты, правильно применяемые, — это дар небес. И, конечно, Небеса ещё важнее. Нужно и то, и другое, и не следует путать это с сильными лекарствами, которые действительно опасны.
Я также хотел бы кратко упомянуть: не существует волшебной таблетки, которая всё исправит. Это скорее опора. Но если не начать проявлять благодарность Богу за всё в молитве, то и антидепрессант не поможет. Я думаю, путь состоит в том, чтобы делать одно и не оставлять другое.
Мне трудно представить, что кто-то дочитал до этого места. Но если это так, я надеюсь, что содержание хоть немного помогло вам или изменило вашу точку зрения настолько, что вы сможете двигаться вперёд.
Если у вас есть вопросы по этой сложной теме, просто напишите мне по электронной почте. Я буду рад и желаю вам здорового и приятного времени.
Пусть больше никогда не наступят кровавые дни.
И, надеюсь, теперь у меня снова появится больше желания писать в своём блоге. Посмотрим. Спасибо за ваше внимание.
Дамиан Максон
21 декабря 2024 года
Грехен, Швейцария